Я, в принципе, не сторонник концепции «терпеть». Для меня это слово означает постоянное переживание негативных эмоций по поводу того, что регулярно происходит в твоей жизни.

Иллюстративное изображение: конструктивный диалог между руководителем и сотрудником о целях, мотивации и вознаграждении.
Безусловно, бывают обстоятельства, когда приходится терпеть. Но для меня это допустимо исключительно в ситуациях, которые находятся вне зоны моего контроля. Классический пример: визит в государственное учреждение за документом. Я не могу изменить структуру этой организации, не могу повлиять на очереди или уровень обслуживания. Мне нужен результат, изменить условия я не в силах, поэтому я готов потерпеть.
Но когда речь идет о сотрудниках моей компании, идея «терпеть» становится совершенно неприемлемой. Бизнес создан, спроектирован и управляется мной. Это система, которая полностью находится в пределах моего контроля. И мысль о том, что предприниматель должен что-то терпеть внутри собственной компании, с самого начала ошибочна.
Разные люди и культура несогласия
Все люди разные, и сотрудники — не исключение. Есть специалисты с открытым стилем коммуникации: благодаря высокой уверенности в себе они прямо выражают своё мнение, и это не обязательно критика. Есть те, кто предпочитает держать своё мнение при себе из-за личных привычек — будь то интроверсия или другие черты характера. Это не имеет прямого отношения к корпоративной культуре: для разных задач бизнеса нужны разные таланты. Сам по себе факт того, молчит ли человек или заявляет о несогласии, не является ни плюсом, ни минусом. Однако когда сотрудник аргументированно спорит с руководителем, для меня это однозначный плюс.
Возможность открыто возразить руководству свидетельствует о здоровой атмосфере в компании, высоком уровне уверенности в себе, осознанности сотрудника и доверии к руководителю. Конечно, речь не идет о перепалках на уровне «сам дурак». Я говорю о конструктивном споре по существу: обсуждении идей, проверке гипотез и анализе данных. Я убеждён, что в такой дискуссии действительно рождается истина.
Я не считаю себя неудачником, но я точно не одарён абсолютно во всём. У меня есть мой опыт и знания, однако у других людей они свои. Я уважаю чужой взгляд, и мне искренне интересно его услышать.
Впрочем, здесь есть важные исключения:
- Хронические спорщики. Бывают люди в особом эмоциональном состоянии, которым важно спорить просто так, по любому поводу и без повода. Кстати, управлять ими забавно и просто: достаточно сказать наоборот: «Ты же всё равно не захочешь пойти со мной в кино?», — и человек сразу согласится пойти. Но с людьми, которые постоянно всем недовольны и спорят ради спора, лучше вообще не иметь дела — ни в жизни, ни в бизнесе.
- Кризисные ситуации. В моменты, когда бизнесу угрожает опасность или фактор времени критичен, любое решение лучше, чем его отсутствие. В такие периоды никогда не следует устраивать мозговые штурмы. Руководитель должен сказать: «Сейчас мы действуем вот так, а обсудим это позже». Разумный сотрудник всегда примет такую позицию.
Ошибка завышенных ожиданий
Неразумно требовать от сотрудника такой же самоотдачи, с какой работает владелец, хотя бы потому, что сотрудник не является владельцем бизнеса.
У владельца своя роль: формирование стратегии, идеологии и правил, по которым функционирует бизнес. До тех пор, пока компания не продана, предприниматель является для неё альфой и омегой. Победа бизнеса — это его личная победа; крах компании — его личное поражение. В нормально функционирующей системе владелец вкладывает несравненно больше, но и получает принципиально иное вознаграждение.
Сотрудник приходит в компанию с другим набором обязанностей и инструментов. Ему может нравиться проект, культура, атмосфера и основатель, он может прекрасно самореализовываться, но его уровень ответственности принципиально иной.
Здесь уместна аналогия с семьёй. Я — отец своего сына, но у нас также есть няня. С моей стороны было бы наивно ожидать от няни такого же трепетного, глубокого отношения и постоянной заботы о будущем ребёнка, как от меня. Она — няня, я — папа. Наши роли определяют разницу в отдаче, и это абсолютно нормально.
Если же ключевые топ-менеджеры действительно вносят большой вклад, они закономерно поднимаются по карьерной лестнице, а со временем нередко становятся партнерами и совладельцами компании. Их роль меняется, а вместе с ней гармонизируется и отдача.
Пределы зарплаты и сила смыслов
Заработную плату часто переоценивают, пытаясь использовать её как инструмент для изменения отношения людей к работе. Деньги работают, но их действие строго ограничено.
Высокий доход и хорошие бонусы делают именно само рабочее место ценным. Человек осознает эту ценность и боится её потерять. Но влияет ли размер оплаты напрямую на творческую отдачу, внутреннюю мотивацию и качество работы? Влияет, но крайне опосредованно.
Наглядной иллюстрацией этого принципа стал знаменитый эксперимент американской компании Gravity Payments, о котором подробно рассказывала BBC. В 2015 году её основатель Дэн Прайс радикально урезал собственную зарплату до $1,1 млн и установил минимальный порог дохода для каждого сотрудника на уровне $70 000 в год.
С одной стороны, подтвердилось главное свойство высокой зарплаты: рабочее место стало для людей чрезвычайно ценным. Текучесть кадров в компании сократилась вдвое по сравнению со среднеотраслевым показателем. Люди избавились от бытового стресса: 70% сотрудников погасили долги, многие впервые смогли приобрести собственное жилье, а рождаемость в коллективе выросла в десятки раз. Компания выросла со 120 до 200 человек, а объем обрабатываемых платежей увеличился с $3,8 млрд до $10,2 млрд.
Но с другой стороны, этот кейс обнажил жесткие ограничения денег как мотиватора. Во-первых, простое механическое повышение окладов привело к оттоку части ключевых senior-специалистов: они считали несправедливым, что новички на базовых позициях мгновенно начали получать столько же, сколько опытные профессионалы, вложившие годы труда. Во-вторых, даже зарплата в $70 000 сама по себе не превращает исполнителя в увлечённого новатора — она лишь удерживает человека на рабочем месте.
Зарплата должна быть рыночной, адекватной, честной и привлекательной для обеих сторон. Это базовый уровень: её задача — сделать так, чтобы у сотрудника просто не снижалось желание работать.
Однако для того, чтобы усилить это желание, одной зарплаты недостаточно. Сильным, творческим, способным специалистам платят хорошие деньги где угодно. Но то, что заставляет людей вкладывать в работу душу и больше творчества, лежит за пределами финансовой плоскости.
Лучшим нужны смыслы:
- масштабные цели компании и понимание того, как они достигаются;
- интересные проекты, в которых есть вызов;
- понятные перспективы карьерного роста;
- возможность развивать свою профессиональную компетентность;
- геймификация и заслуженные награды.
По моему опыту, в большинстве компаний с зарплатами дела обстоят более или менее неплохо. А вот со всеми остальными составляющими мотивации часто обстоят очень плохо. И именно на эту сферу владельцу стоит обратить внимание. Здесь можно быстро навести порядок и добиться отличных результатов.










































































